8-800-234-34-34
8-495-925-02-02

Интимные болезни атакуют мужчин 29.08.2008

Интимные болезни атакуют мужчин

Интимные болезни атакуют мужчин

«Вечерняя Москва», №157 (24935) от 29.08.2008г.

Рассказывает завкафедрой эндоскопической урологии Медицинской академии последипломного образования профессор Олег Теодорович

– Олег Валентинович, вы один из ведущих российских урологов. Что является сегодня приоритетным в вашей области медицины? 
   – Если говорить о медицинской практике, а точнее – исходить от числа пациентов урологических отделений больниц, то 40–50 процентов из них страдают мочекаменной болезнью. Процентов 20 – аденомой предстательной железы. 
    – И эти 20 процентов, конечно, мужчины. 
   – Да, мужчины, как правило, на рубеже 50–60 лет, у которых возникли проблемы так называемого мужского климакса. Меняется гормональный фон, увеличивается предстательная железа, она сдавливает мочеиспускательный канал, что делает жизнь мужчин… 
    – …крайне некомфортной. 
   – Некомфортной – это само собой. За нарушением мочеиспускания могут крыться очень грозные осложнения, связанные с аденомой предстательной железы. 
   Серьезной проблемой остаются онкоурологические заболевания. Беда в том, что рак предстательной железы, рак почки – это те заболевания, которые, к сожалению, “молодеют”, поражают все более молодых пациентов. Более того, рак почки и рак предстательной железы протекают в первой стадии – всегда! – без каких-либо заметных симптомов. Вот в чем их коварство. 
    – Человек этого не замечает? 
   – Абсолютно! Вот недавно ко мне пришел пациент, 47 лет, в блестящей физической и сексуальной форме. И он не сам пришел, а привела жена, его ровесница, которой год назад удалили почку из-за рака. Обследовав этого пациента, мы выявили у него рак в третьей, самой поздней, стадии. Услышав диагноз, он не мог поверить: “Доктор, этого не может быть! Я себя прекрасно чувствую”. 
   Но увы, мы не ошиблись. Понимаете, коварство в том, что выявление заболевания очень часто является случайным. И обнаруживается только при урологическом обследовании. 
    – Но для этого надо, как минимум, прийти на обследование. 
   – Совершенно верно! Во всяком случае, после пятидесяти человек должен хотя бы раз в год обследоваться у уролога. А после шестидесяти – дважды в год. 
    – Но это излечимо? 
   – Конечно. Сегодня у нас есть реальная возможность диагностировать заболевания в ранней, первой-второй, стадии. А диагностировав, гарантированно излечить – и рак предстательной железы, и рак почки. При этом, мы часто, удаляя опухоль, даже сохраняем почку. 
    – Олег Валентинович, давайте вернемся к мочекаменной болезни, поскольку в урологии она держит первенство. 
   – Да, мировая статистика говорит о том, что 3 человека из 100 в той или иной степени страдают этим заболеванием. Камни в почке иногда могут вырастать до очень больших размеров. Я могу показать вам камень, который мы удалили недавно из почки одной пациентки. ( Профессор достал из шкафчика камень размером чуть ли не с куриное яйцо ). Это средний коралловидный камень, они могут быть и значительно больше. 
    – Кошмар! Как же ваша пациентка жила с таким великаном? 
   – Парадокс в том, что пациентка камень практически не ощущала. Понимаете, пока камень не нарушает уродинамики, то есть не мешает оттоку мочи, он находится в теле человека без каких-либо проявлений. Боли начинаются тогда, когда камень начинает блокировать отток мочи. Поэтому и мочекаменную болезнь мы в ряде случаев диагностируем лишь при плановых ультразвуковых осмотрах. 
    – Кто более других подвержен этой болезни? 
   – Причины могут быть разными, но совершенно очевидно, что доминируют пациенты с ожирением. Из-за нарушения обмена веществ вероятность заболеть у них значительно выше. 
    – Как же вы избавляете людей от этой напасти? 
   – В большинстве случаев мы стараемся камни удалять. Так врачи поступали всегда. Но нынешние методы позволяют делать это менее болезненно и более эффективно. 
   Раньше для удаления даже маленького камня (от 5 миллиметров до 1 сантиметра ) надо было сделать разрез 10–12 сантиметров, послойно выходить к этому камню, удалить его и все послойно зашивать. 
   После такой операции пациенты 2–3 недели находились в больнице, да и потом могли возникать различные осложнения и рецидивы. 
   Сегодня мы обходимся без разреза. Пациента выписываем на второй-третий день, а на пятый он может приступать к работе. Мы обладаем таким эндоскопическим инструментарием, что можем без разреза, через естественные пути (например, мочевые) пройти инструментом до почки, увидеть там камень, разрушить, измельчить его и удалить в виде мелких фрагментов. Без традиционной операции! 
    – А как же тот камень, который вы мне показывали, – почему его не измельчили? 
   – К сожалению, это была та стадия мочекаменной болезни, когда удалять надо было уже не камень, а почку. 
    – Вернемся к эндоскопии. Неужели урологи совсем отказались от традиционных операций? 
   – Жаль, конечно, но в двух случаях из трех больных мочекаменной болезнью приходится излечивать по старым технологиям, то есть оперировать! Потому что больниц, оснащенных новейшей техникой, в стране еще недостаточно. Наша задача в том и состоит, чтобы максимально быстро популяризировать новые методики, внедрить их повсеместно. 
    – И повышать квалификацию врачей. 
   – Бесспорно. В этом году мы провели первый российский конгресс по эндоскопической урологии. Первый! Мы даже не ожидали такого активного участия отечественных урологов. В России около 5 тысяч урологов, 600 из них приехали к нам на конгресс! Были урологи из США, Испании, Германии и практически из всех стран СНГ . В течение двух дней велась прямая трансляция в зал конгресса прямо из операционной. Это была фантастически значимая школа для врачей, которые раньше о новых технологиях могли только читать. 
   В следующем году, когда будем проводить второй конгресс, планируется продемонстрировать в клинике хирургические манипуляции робота, с помощью которого делаются операции. Делаются блестяще – тонко, точно. Замечу, в экстремальных ситуациях роботом может управлять специалист-уролог, находящийся в другом городе и даже на другом конце планеты. 
   Важно и то, что операции с участием робота выполняются вдвое быстрее. А это означает, что человек вдвое меньше находится под наркозом. 
   На Западе, если в клинике нет робота, она не считается престижной. Сегодня робот – эталон новых технологий. 
    – Много ли отечественных роботов в нашей медицине? 
   – К сожалению, нет. Оборудование, которое представлено в сфере новых технологий, большей частью импортное. 
    – Как мне сказали, именно вы стали в свое время пионером в использовании лазера в урологии? 
   – На эту работу было затрачено 15 лет. Тогда к нам, еще в больницу Боткина, где я работал, пришли молодые люди из Института общей физики и предложили свой первый лазер. Это был громоздкий аппарат, но он и тогда уже обладал большими возможностями. 
   Сегодня его современная модификация состоит как бы из двух полноценно действующих лазеров. Один позволяет резать, выпаривать, удалять опухоли, папилломы и прочее. А второй может разрушать, дробить камни через отверстие не более 2–4 мм. Так мы можем удалять самую маленькую опухоль, причем исключая всякую опасность для пациента. 
   Представьте такую ситуацию: хирург удаляет камень с помощью традиционного скальпеля, и вот по каким-то причинам промахивается, попадает в стенку мочеточника… Катастрофа! При использовании лазера это исключено. Ведь его излучение проходит через стенку мочеточника, как свет через стекло. То есть наш лазер абсолютно нетравматичен! Потенциал этого замечательного лазера мы широко используем в урологии для лечения мочекаменной болезни, для резекции опухолей, в онкоурологии. Столь же масштабны возможности лазера и в других областях хирургии, гинекологии, нейрохирургии. 
   Не существует в мире лазеров, которые бы обладали столь уникальными свойствами! Но, видимо, нет пророков в своем отечестве. Почему-то покупают лазеры импортного производства, которые значительно дороже и хуже. 
    – Сейчас много говорят об инновационных технологиях. Может, дело наконец сдвинется с мертвой точки? 
   – Очень хочется в это верить. Тем более, что в Московском комитете по науке и технике уже разработана широкомасштабная программа внедрения медицинских технологий в практическое здравоохранение. 
    – Это обнадеживает. 
   – Безусловно. Я, по крайней мере, надеюсь.


Яндекс.Метрика